Поэты-декабристы

Поэты-декабристы Для чего мне дом огромный? Дайте мне шалаш, укромный Из соломы и ветвей, Дайте дружбу и свободу — Стану петь, хвалить природу, Как на воле соловей! Ф. Н. Глинка «Декабризм» широкое идеологическое движение, захватившее в 1816-1825 годах самые различные стороны общественной жизни России. Ярче всего проявился «декабризм» в художественной литературе, и именно через нее оказал заметное влияние на мировоззрение современников. Поэты-декабристы исходили из того, что высшей и основной задачей литературы является ее гражданское служение обществу. Характерной особенностью декабристской романтической поэзии было ее стремление к выражению духа нации. Интерес к национальным особенностям культуры в поэзии декабристов сочетался с представлениями о возвышенности и гражданственности искусства. Тема национальная трансформируется у декабристов в патриотическую. П. А. Катенин, П. А. Вяземский, Ф. Н. Глинка стояли у истоков декабристской поэзии. Катенин по своим литературным интересам был близок Оле-нинскому кружку, увлекавшемуся национальной стариной и проблемами местного колорита. Интерес его к значительным темам, крупным жанрам, в большинстве эпическим или драматическим, отрицательное отношение к легкой поэзии утвердили за ним репутацию «архаиста», хотя в настоящее время романтизм Катенина и его литературное новаторство бесспорны. В 1812 году в «Сыне отечества» поэт темой и образом героя предвосхищает думы Рылеева. П. А. Катенин показал патриотизм и могущество героя, разбитого, тяжело раненного, но внутренне не сломленного. Но чем бы не решались битвы. Моя надежда все крепка: Услышит наши Бог молитвы И нас спасет его рука. Он русским даст терпенья силу, Они дождутся красных дней; У нас в земле найдут могилу Враги, гордившиесъ на ней. Темы патриотизма, боевого товарищества, горечи поражения, своей вины перед родиной, как и вся система художественных образов, подчеркнуто сближают произведения П. А. Катенина со «Словом о полку Игореве». Поэт использует и различные стихотворные размеры, призванные усилить национальный и исторический колорит. В этом он проявляет незаурядное мастерство. Чаще всего высоким героем в произведениях Катенина является поэт. Необходимость внутренней свободы, независимости, как первого условия творчества, декларировалась Катениным в переведенном из Гете «Певце» (1814). Но свобода эта дается нелегко. Поэты Катенина — это люди с тяжелой судьбой, непризнанные и гонимые, но верные музам и своему гению. Автобиографический образ певца, не желающего славить самодержавие, дан в «Старой были». Иногда молчание поэта — тоже мужество. Важнее не изменить себе, своему идеалу, не поддаться на искушение получить в награду «персидского коня» с «черкесским седлом и шелковой цветной уздою». Сам Катенин предпочел молчание славословию тирану и активной борьбе с ним, которую повели другие поэты. Федор Глинка принадлежал к другим литературным кругам. Уже в начале века он стал известным и популярным писателем. Его трагедия «Вельзен, или Освобожденная Голландия» — крупнейшее произведение вольнолюбивой додекабристской литературы. Как значительный поэт «декабризма» он сформировался и сложился в самый ранний период существования тайных организаций и наиболее полно и последовательно отразил в своих произведениях все особенности именно этого периода. Глинкой создано много крупных произведений на высокие темы: патриотические, философские, религиозные. В то же время он автор многочисленных лирических стихотворений. Темы этих стихотворений — природа, грусть, тоска, раннее увядание, неудовлетворенность жизнью («Призвание сна», «Осенняя грусть» «Весна», «Сельский сон» и другие). Характерен для них и мотив противопоставления скромного, но истинного счастья блеску губительной славы, роскоши («Мотылек», «Фиалка и дубы»), свободной жизни — существованию в неволе, среди вельмож. Пусть земные полубоги, В недрах славы и четей Громоздя себе чертоги. Будут в них рабы страстей! Для чего мне дом огромный? ' Дайте мне шалаш укромный Из соломы и ветвей, Дайте дружбу и свободу — Стану петь, хвалить природу, Как на воле соловей. Обличительные выпады здесь несколько нейтрализуются провозглашением скромного, чисто карамзинского идеала в виде «шалаша укромного из соломы и ветвей». Вообще по стилистике стихотворение Глинки близко сентименталистам. Обилие таких стихотворений в творчестве поэта позволяет отнести его к карамзинской школе. Но это не мешало автору работать в другой манере. Рационалистический подход к поэзии в 1810-е годы декларирован и закреплен в теоретических документах декабристов, в частности и в уставе Союза благоденствия — «Зеленой книге». Вопросам просвещения, воздействия на общество средствами искусства и литературы в уставе уделено значительное внимание. В трактовке проблем искусства, данной в «Зеленой книге», обращает на себя внимание постоянное подчеркивание и выделение нескольких основных положений. Декабристы утверждали примат идейного содержания над формой; «изящное» в литературе и искусстве понималось ими как полезное; целью искусства они ставили воспитание достойных людей, «состоящее не в изнеживании чувств, но в укреплении, благородствова-нии и возвышении нравственного существа нашего». Декабристские гражданские стихотворения 1816-1820 годов характеризуются тираноборческими настроениями, выраженными несколько иносказательно. Поэтам-декабристам «понадобились» исторические декорации. При этом изображаемая эпоха, герои и их идеалы рисовались довольно абстрактно. Таковы «Опыты двух трагических явлений» Ф. Глинки, напечатанные в 1817 году. В примечании автор указывал, что создавал отрывки, чтобы испробовать новый стихотворный размер, само же вступление служило отводом глаз цензуре. «Опыты двух трагических явлений» — очень туманное произведение. догадаться, о каком времени и народе здесь идет речь. Автором показана страждущая отчизна, покоренная тираном, соотечественники — рабы «во прахе под тяжким ярмом» и «тиран»? воздвигающий «свой железный престол» «на выях согбенных под гнетом рабов»; звучат призывы к борьбе с тираном за свободу отчизны. Изображение ночного собрания заговорщиков, решающих выступить против тирана, ибо настала благоприятная минута и «...слышен уж ропот, тирана клянут», несомненно, отражает настроения членов Союза спасения. Одной из важных проблем, поставленных уже на самом раннем этапе формирования декабристского революционного романтизма, была проблема историзма и национальной культуры. Первоначально историзм проявляется как внимание к прошлому, стремление выяснить, чем одна эпоха отличается от другой. В творчестве Катенина появятся те черты, которые романтики позже назовут народностью. В 20-е годы в поэзию декабристов приходят новые авторы: К. Рылеев, В. Ф. Раевский, В. Кюхельбекер. Важнейшей чертой поэзии этого периода становится требование народности, ее в поэзии декабристы связывали с двумя моментами: национальной темой и патриотической идеей. Даже любовь, которой молодой Раевский посвятил множество пламенных стихотворений, становится для героя лишь временным отдохновением, а вот испытания неминуемы («К моей спящей»). Мотивы тревожных предчувствий своей трагической судьбы, характерные для всей декабристской поэзии, проникают в интимнейшее стихотворение, посвященное радостям любви. Герой поэзии Раевского проясняется и закрепляется в его «тюремных стихах»: «К друзьям в Кишинев», «Певец в темнице» (1822). Герой этих стихотворений — человек мужественный, суровый, несгибаемый, всем жертвующий во имя одной цели: Я неги не любил душой. Не знал любви, как страсти нежной, Не знал друзей, и разум мой Встревожен мыслию мятежной, Забавы детства презирал, И я летел к известной цели. Мечты мечтами истреблял, Не зная мира и веселий... Такое изображение героя является программным. В послании «К друзьям в Кишинев» автор требует отказаться от лег-сой поэзии, эпикурейских тем: «оставь другим певцам любовь». Этот призыв напрямую касался А. С. Пушкина. В «тюремных стихах» Раевского, хоть и слабо намеченные обнаруживаются индивидуальные черты его героя, поэта-революционера, политического заговорщика. Он не выступает перед ненавистными судьями с пламенными и вольнолюбивыми монологами, как это свойственно было поэтам-романтикам, а плетет втайне нити заговора и молчит перед судьями: Скажите от меня Орлову, Что я судьбу мою сурову С терпеньем мраморным сносил, Нигде себе не изменил. Суровость с этих пор становится главной чертой облика Раевского, отражается и в его произведениях («Послание к К(ома-ро)ву», «Она», «Дума», «К дочери», «Предсмертная душа»). Не менее примечательна эволюция героя в лирике Кюхельбекера. В элегиях 1817-1820 годов это унылый мечтатель, стремящийся к небесной «отчизне», оплакивающий свои жизненные разочарования и увядшую молодость («Осень», «Элегия», «Отчизна», «Ночь», «Пробуждение»). С 1820-1821 годов в лирике поэта появляется другой герой — восторженный юноша, пламенный поклонник свободы, мечтающий сражаться за нее и даже погибнуть. Таким предстает он в «Греческой песне», «К Ахатесу» и в других стихах. Образ высокого героя создает Кюхельбекер в послании Ермолову и Грибоедову ив трагедии «Аргивяне». Автор очень вольно трактует библейские мотивы, создает страстный образ поэта-богоборца и страдальца. Романтическое противопоставление избранника-поэта низкой толпе характерно для всего творчества В. К. Кюхельбекера. У него поэт становится борцом за правду, вождем и пророком, вещающим людям истину. Никакие преграды не могут остановить его. А я — и в ссылке, и в темнице Глагол Господень возвещу... Понятия «поэт» и «революционер» у Кюхельбекера отождествляются. Интересно, как эта проблема решается у К. Рылеева. В трагедиях «Войнаровский», «Мазепа», «Наливайко» изображение исторических событий, лиц, близких или враждебных героям, детали обстановки даны конкретно. Они имеют самостоятельную ценность, а не служат лишь декорациями. Что касается создания в различных эпохах у разных народов образа идеального борца, то он оказывается одинаковым для многих, и для декабристской лирики в том числе. В «Исповеди Наливайки» друзья Рылеева справедливо видели выражение чувств самого автора, пророчество его судьбы. В эпических и драматических жанрах декабристы не решили проблему реалистического характера. В 1821-1823 годы Рылеев печатает свыше двадцати «дум», еще десяток найдены были в рукописях поэта после его казни. Рылеев, определяя жанровую природу «дум», возводил их к украинской народной поэзии. Стремление поэта-декабриста связать идейно-художественный замысел своих исторических баллад с народной традицией отвечало одному из положений декабристской эстетики — признанию фольклора источником литературы. «Думы» Рылеева близки историческим песням, но трактовка их своеобразна. Бестужев отмечал: «Рылеев, сочинитель дум или гимнов исторических, пробил новую тропу в русском стихотворстве». Он поэтизировал образы борцов за свободу и независимость родины (Мстислава Удалого, Дмитрия Донского, Ивана Сусанина, Богдана Хмельницкого). В уста своих героев автор вкладывал монологи, в которых находил выражение гражданских идей и настроений декабристов. Так, например, Волынский признает верным сыном отчизны лишь того, ...кто с сильными в борьбе За край родной иль за свободу, Забывши вовсе о себе, Готов всем жертвовать народу. Это далеко от истории, которая не дает оснований для такой идеализации кабинет-министра А. П. Волынского, но близко к той современности, активно воздействовать на которую стремились декабристы. В «думе» «Иван Сусанин» заметно стремление автора найти повествовательные формы изложения, отвечающие задачам гражданско-патетического стиля «думы», для этого автором вводится бытовая лексика. Вот скатерть простая на стол постлана; Поставлено пиво и кружка вина, И русская каша и щи пред гостями, И хлеб перед каждым большими ломтями. В «думе» «Войнаровский» показана борьба Мазепы, поддержанного племянником Войнаровским, против Петра I. Трактовка исторических событий в поэме носит противоречивый характер. В духе своих революционных идей Рылеев стремится осветить изображенные им события как политически-освободительную борьбу. Именно так толкует свои замыслы сам Мазепа в разговоре с Войнаровским: Уж близок час, близка борьба. Борьба свободы с самовластьем! Героем свободы Мазепа выступает только в представлении Войнаровского, который своему вдохновителю «предался слепо». Но он признается в том, что не мог проникнуть в глубину замыслов Мазепы: Не знаю я, хотел ли он Спасти от бед народ Украины, Иль в ней себе воздвигнуть трон, — Мне гетман не открыл сей тайны. Своеобразен у Рылеева и образ героини, отвечающий гражданскому характеру декабристского романтизма. Рылеев здесь независим от южных поэм А. С. Пушкина с их романтическими женскими образами. Жена Войнаровского, разыскавшая его в Сибири и разделившая печальную участь мужа, выступает в поэме не только как верная, знающая свой долг подруга, но и как патриотка, полная «высоких помыслов»: Она могла, она умела Гражданкой и супругой быть. Как и в поэмах других революционных романтиков, в «Вой-наровском» любовная интрига занимает побочное место. В центре сюжета стоят общественно-политические события. Поэма «Войнаровский» явилась значительным шагом вперед в художественном развитии Рылеева. Эпические тенденции поэмы толкали автора к отказу от лирической манеры изложения, свойственной романтической поэме. После Радищева, зачинателя русской революционной литературы, Рылеев на новом историческом этапе явился наиболее цельным и последовательным продолжателем революционной поэзии. Рылееву принадлежит и принципиальное утверждение первенства общественного содержания над художественной формой в искусстве, выражением чего явилась известная его формула: «Я не поэт, а гражданин». Трагические события 14 декабря 1825 года оборвали процесс естественного развития русской революционной поэзии. Теперь уже стала развиваться поэзия нового периода, осложненная не только трудными условиями, в которых оказались поэты-декабристы, оторванные от политической, общественной и литературной жизни, лишенные читателей, но и новыми поэтическими задачами, веяниями новой эпохи. Изменения эти, хоть и в искаженном виде, достигали «каторжных нор» и вызывали к жизни поэзию, переосмыслявшую тот трагический подвиг, подготовке которого была посвящена декабристская поэзия 1817-1825 годов.